Все материалы
На главную
Блог эзотерика
Статьи и заметки
Разделы
Карта сайта
Книги
Статьи


Все материалы arrow Статьи arrow Мировоззрение arrow О пьесе "Самый правдивый".
О пьесе "Самый правдивый". | Версия для печати |
Статьи - Мировоззрение
Написал Иван   
28.07.2009
Взгляд эзотерика на пьесу Г.Горина "Самый правдивый". Правда и ложь в нашей жизни. Приглашение к обсуждению читателя.
Григорий Горин - наш современник, российский писатель и сценарист, некогда написал пьесу «Самый правдивый», которую поставили многие театры. Я впервые увидела ее в нашем ленинградском театре им. Комиссаржевской. Вскоре по тому же сценарию вышел художественный фильм «Тот самый Мюнхгаузен». Взгляд эзотерика на пьесу Г.Горина "Самый правдивый". Правда и ложь в нашей жизни. Приглашение к обсуждению читателя.
Григорий Горин - наш современник, российский писатель и сценарист, некогда написал пьесу «Самый правдивый», которую поставили многие театры. Я впервые увидела ее в нашем ленинградском театре им. Комиссаржевской. Вскоре по тому же сценарию вышел художественный фильм «Тот самый Мюнхгаузен». Я смотрела его много раз и каждый раз не перестаю удивляться мудрости и не случайности каждой реплики фильма. Он для меня столь же многопланов, как книги Кастанеды. Можно принимать его легко - как веселую комедию с незамысловатым сюжетом о жизни великого лжеца барона Мюнхгаузена. А можно и нужно - как притчу о разных способах восприятия жизни, об ощущении мира, которое не вписывается и не должно вписываться в общепринятое. Более эзотерического фильма, выполненного в жанре комедии, я, пожалуй, не знаю.

Мир Мюнхгаузена аллегоричен, а его забавные выдумки - всегда притчи. Байка о том, как он сам себя вытащил из болота за волосы... Разве не этого же хочет от нас духовный путь? Или о том, как выстрелив в оленя косточкой от вишни, Мюнхгаузен встретил на следующий год зверя, на лбу которого выросло вишневое дерево... Все, что мы посылаем другим - словом, мыслью или делом, непременно прорастет деревом, и об этом полезно помнить. Всякая причина родит следствие.

Мюнхгаузен врет, но врет как-то странно: его ложь правдива, потому что он описывает сущность того мира, который видит, но которого не замечают другие, он видит ту глубинную суть вещей, что и есть основа бытия. При этом Мюнхгаузен никогда не врет самому себе, не предает своих идеалов, своего Я, не играет ни перед кем и ни перед чем, даже если эта его правдивость, она же - неумение подыгрывать всеобщим «разумным» способам жизни - разрушает счастье самого Мюнхгаузена. Но, может быть, у него другое представление о счастье?

Вот он «некстати» сделал открытие - дополнительный день в году - 32 мая, как результат набежавших за столетие секунд. Он заявил о нем тогда, когда наконец осуществилась мечта его возлюбленной Марты получить развод Мюнхгаузена с женщиной, жизнь с которой для барона всегда была мукой. Но Мюнхаузен и здесь не смог себя превозмочь и потерпеть со своим открытием. Из-за его убеждения в существовании дня «32 мая» его развод с супругой не узаконили.

Для Мюнхгаузена социальные условности - фальшивая игра, у него другие ценности, он живет иным - горним миром. Его радости открытия нового, дополнительного дня не разделили даже близкие. Слуга вспомнил о том, что 1-го числа ему обычно выплачивают жалование, друг - что «лишний понедельник - не такое уж удовольствие», а любимая просто ушла, перестав надеяться, что когда-нибудь они смогут узаконить свои отношения. Мюнхгаузен поражен. Оказывается, даже дорогие ему люди его не понимают.

Мюнхгаузена считают лжецом, но кто же тогда люди, живущие в их городе? Городской глава в душе и на деле - прекрасный портной, но исполняет роль мэра, для которой он совершенно не предназначен. Разве мало мы видим вокруг таких Мэров? Лучший друг барона боится возражать и говорить то, что думает. Он согласен в душе с Мюнхгаузеном, но никогда не заявит этого во всеуслышание и, глубоко страдая, предает друга. А Мюнхгаузен ни в чем не желает подчиняться условностям и, если видит несправедливость, то заявляет о ней. Например, он «объявляет войну Англии» за то, что она не ведет честной политики. Весь город шокирует выходка Мюнхгаузена, которую рассматривают, как фарс. Для всех важнее и значимее не искренний душевный порыв человека, а целесообразность, соблюдение правил и соизмерение поступков со своими реальными возможностями, даже если и почти каждому «не нравится то, что вытворяет Англия».

Для Мюнхгаузена нет понятия невозможности. Если его душа согласна, он действует, он объявляет войну самой Англии и ему совершенно все равно, что силы не равны, а его поступок кому-то кажется смешным, что «так не принято». В этом состоит его правдивость в противовес привычной лжи всех остальных.

Только единожды Мюнхгаузен предает себя. Он сдается перед горем Марты и уступает ей, создав видимость собственной смерти и перевоплотившись в садовника Мюллера - свою противоположность. Мюллер - практичный человек без фантазий, для которого цветы - не красота, а прибыльное занятие. Под новым именем Мюнхгаузен вступает в брак с Мартой, и у них рождается сын. Все казалось бы стало хорошо, все довольны. «Вдова» Мюнхгаузена приобрела себе свободу и сделала из своего прежде ей ненавистного мужа кумира: о его похождениях теперь пишут книгу, в честь него сооружают памятник. Сын Мюнхгаузена с удовольствием горюет об отце и тренируется в умении «вытаскивать себя за волосы» в самом буквальном смысле этого слова.

Как оказалось, все близкие осведомлены, где на самом деле скрывается Мюнхгаузен, но их устраивает такая игра. И только Марта несчастна. Мюнхгаузен умер душой, он тоскует и пьет, он стал серой обыденностью и тяжко влачит свое существование. В конце концов он не выдерживает лжи и разрушает свою теплицу с цветами, объявив городу о своем возвращении.

Его не хотят узнавать - это слишком усложняет им жизнь. От мертвого Мюнхгаузена меньше хлопот и больше пользы. Чтобы доказать свою личность, Мюнхгаузену предлагают совершить полет на Луну - зарядить его тело вместо ядра в пушку. «Неужели необходимо убить человека для того, чтобы доказать, что он жив?» - замечает Марта. У нее сложное положение. Ей предстоит сделать трудный выбор: или спасти жизнь мужа, но погубить его душу и доброе имя, если умолчит о том, что в пушку подложили сырой порох, или убить Мюнхгаузена, сказав ему правду.

- Скажи мне что-нибудь напоследок! - требует Мюнхгаузен.
- Я всегда буду любить тебя!
- Не то!
- Я буду верна тебе вечно!
- Не нужно! Опять не то!!
- ...Тебе подсунули мокрый порох!!!....

Вот каких слов ждет Мюнхгаузен в самый последний день его жизни! Если он соврет самому себе, он убьет свое Я, он уже не будет «самым правдивым», тем, кто никогда не врет, хотя и говорит странные вещи. Если ты веришь, что долетишь до Луны с помощью пушки и всем своим поведением это доказываешь, значит и правда, ты до нее долетишь!

Почему я вдруг вспомнила этот фильм? Да потому, что он решает тот же вопрос, что и я: какому миру следует служить? Мюнхгаузен свой выбор уже сделал, ему легче. В фильме выбирать приходится только Марте: что в Мюнхгаузене она любит - его смертное тело или его бессмертную душу...

Казалось бы, ничего схожего нет между нами - фантазером и фанатиком Мюнхгаузеном, и мной, с моим излишне здравым и практичным взглядом на жизнь, с антипатией ко всяким пустым фантазиям. Это так и не так. Как и барон, я презираю внешние игры - лицемерие, неискренность, пусть даже, если они будут мне во благо, даже при наличии понимания, что они необходимы для достижения жизненного успеха..

Как Мюнхгаузен разрушает свое личное счастье, не сумев сломать свое Я и не пожелав лгать, так и я, попадая в новую, но знакомую ситуацию для «исправления ошибок» и уже понимая, как нужно себя вести в ней, снова делаю то, что чувствую правильным, то есть остаюсь сама собой. В результате все происходит так, как и всегда - я остаюсь непонятой, а в людях побеждает их прагматизм, себялюбие и желание защитить собственную значимость, даже дутую. Смирившись с данностью, я, увы! не «объявляю войну Англии», и в конечном счете все-таки подчиняюсь условиям чужой игры. Плохо исполняя свою роль в этой, не моей игре, я все равно ее исполняю. Мюнхгаузен, в отличие от меня, всегда делает так, как считает правильным, оставаясь «Мюнхгаузеном, который никогда не врет»...

Внутри себя многие из нас мечтают жить в своем, зазеркальном мире, где достать мыслью до далекой звезды куда важнее, чем нравиться толпе и быть успешным. Но вместе с этим в нас живет Трусоватый Прагматик - тот, кто оказывает на наше поведение более сильное влияние. Он вечно боится прослыть белой вороной и отбиться от стаи, он не любит перемен и не умеет жить без чужих мнений, он болезненно реагирует на то, что о нем думают другие. Эти совершенно разные Личности каким-то образом постоянно идут в паре - одна не желает врать, а другая врет, потому что умирает от страха нарушить правила чужой игры. Она твердо знает, что «не должно быть 32 мая» и что «глупо одному человеку объявлять войну целой Англии».

Что же их объединяет? Крайне интересный вопрос – что, в принципе, общего в разноликой толпе наших Личностей? Что позволяет считать их нашими? Общее физическое тело? Память? Ведь все они возникают в нас на разной почве, разного желают и по-разному мыслят!

Большинство моих Личностей не любит как тех, у кого ложные, выдуманные ценности, так и тех, кто не дорожит ничем и кому все - «по фиг». Но жить, не изменяя самому себе, не поддаваясь чужим представлениям о «правильной жизни» и истинном «счастье» - удел по-настоящему сильного человека. Временами мне очень хочется подобно Мюнхгаузену, «улететь на Луну» от фальшивой игры, которая называется «наша обычная жизнь» или хотя бы избавиться от своего страха оказаться вне игры. Я встречала на своем пути людей, которые, не желая изменять себе, следуют своим, внутренним правилам. На это требуется мужество, но, может быть, как раз этого хочет от нас Творец?
 
< Пред.   След. >

Дизайн сайта Padayatra Dmytriy